Внутреннее жертвоприношение (Ананда Кумарасвами)

Призвание человека (Ананда Кумарасвами)

Традиционная цивилизация предполагает соответствие внутренней природы человека его призванию. Насильственное нарушение этой гармонии отравляет сам источник жизни и создаёт бесчисленные разногласия и беды. Представитель «цивилизации» не понимает этого, так как сама идея призвания потеряла для него смысл и превратилась в «предрассудок»; «цивилизованный» человек, будучи чем-то вроде экономического раба, может быть задействован, или задействует себя в любой работе, которую требует материальная выгода или навязывает тщеславие, при полном пренебрежении его индивидуальным характером, и он не может понять, что лишить человека его наследственного призвания значит в точности лишить его «жизни» в гораздо более глубоком смысле, а не просто экономически.

Первобытное мышление. 

Око сердца (Ананда Кумарасвами)

В храме есть окна и двери, из которых пребывающий внутри может посмотреть и выйти наружу, или напротив – вернуться к самому себе; в теле этому соответствуют «врата чувств», через которые можно смотреть наружу во время активности, или вернуться в «сердце» своего бытия, когда чувства отделены от своих объектов восприятия, то есть при глубоком сосредоточении. Однако, теоретически существует и другая дверь или окно, досягаемые только при помощи лестницы или верёвки, на которой «висит» наше бытие, прикрепляясь к своему высшему источнику, и посредством которой можно выбраться из всех пространственных структур, и не быть на одном уровне с их основанием, или даже в нём самом, но находиться только над ними. В человеческом теле этот выход представлен родничком, открытым при рождении, и вновь открываемым при смерти ритуальной трепанацией черепа, хотя и при жизни он может быть открыт при помощи верных духовных практик, так как это «отверстие Бога» (brahma-randhra) соответствует «цели» или «сердечному оку», с микрокосмическим градом Божьим внутри, который покидает Дух после смерти. По своей архитектуре, brahma-randhra, отверстие черепа или рукотворного храма соответствует слуховому окну, отверстию дымохода, или световому окну (Lichtloch) традиционного жилища.

"Индийский храм: Кандарйя-Махадео"

Сказочная страна (Ананда Кумарасвами)

«Вращающийся замок» «принадлежит к той же общей категории, что и постоянно хлопающие двери и сталкивающиеся скалы, [симплегады]... Он также имеет особое значение когда речь идёт об описании иного мира». Этот иной мир – это одновременно рай и мир умерших (1), в послехристианском фольклоре отождествляемый со Сказочной Страной; он может располагаться за морями на западе, или под его волнами, или в небе, но всегда различными способами защищён ото всех кроме избранного героя, который достигает цели своего Поиска. Это индийский «отцовский берег» и Брахмалока, и второе из этих понятий особо значимо потому, что Брахмалока – это «земля, откуда не возвращаются» или «val sans retour». Этот иной мир может изображаться как вращающийся замок или город, или как замок с непрерывно закрывающимися или вращающимися вратами.

---

[1] «Зевс иль Аид, каким бы именем Ты ни звался» (Еврипид, Nauck, fr. 912); Платон, Законы 727D «Аид… тот мир где Боги», ср. Федон 68AB, «Аид», там и только там может быть обретена чистая мудрость. Отличие рая от ада не в месте, а во входящем; Пламя, как любит говорить Якоб Бёме, одно и то же, но оно может стать любовью тех, кто любит, или ненавистью тех, кто ненавидит. Так, в кельтской мифологии, Счастливый Страж и Печальный Страж как место – это одно и то же, и различаются они только с нашей точки зрения. Это значительная деталь для иконографии «Врат».

Ритуал жизни (Ананда Кумарасвами)

Грех, санскр. апарāддха, «промах по цели», любое отклонение от«направления к цели», это своего рода неуклюжесть, возникшая из-за недостатка умения. Существует ритуал жизни, и в его исполнении важно чтобы всё сделанное было сделано верно, в «лучшем виде». И не имеет никакого значения, что кто-либо чувствует по отношению к работе, которую нужно выполнить или жизни, которую нужно прожить: все подобные ощущения являются предвзятыми и самонадеянными. Но если, помимо точного выполнения ритуала или действия, человек также понимает его форму, если все его действия являются осознанными а не просто инстинктивными реакциями на ожидаемые или ощущаемые удовольствие или боль, это осознание стоящих за всем принципов немедленно располагает к духовной свободе.Другими словами, когда само действие является верным, оно является тогда символическим и составляет дисциплину, или путь, при следовании которому должна быть достигнута конечная цель; с другой стороны, каждый, кто действует несоответствующим образом имеет своё собственное мнение, и «зная что он предпочитает» сводит свою личность до простой индивидуальности.

Из Эссе "Первобытное мышление"

Книга готовится к изданию.

Срединный путь (Ананда Кумарасвами)

 

Знающий, для которого противоположности никогда не имеют абсолютной силы, но являются только логическими оконечностями разделённой формы (как, например, прошлое и будущее вечного настоящего), не превосходит, но скорее переправляется (ati-piparti, atyeti, διαπορένεται) через их «северность и южность», или, можно сказать, «полярность», в то время как эмпирик разбивается или поглощается опасными альтернативами (быть или не быть, и т.д.) выбора между которыми не может избежать.

Эссе "Симплегады". 

Тем кто не нашёл (Ананда Кумарасвами)

Две створки «Движущихся Врат» сталкиваются не только из-за устройства врат, но являются, в то же время, «парами противоположностей» любого рода, между которыми должен пройти герой в Поиске Жизни, без надежды или страха, спешки или промедления, но напротив, в невозмутимости перед любым выбором. Когда Александр искал, он не нашел того, что Хизр нашёл не искав (Искандер Нāме LXIX.75). На первый взгляд, «ищите, и найдете» – это очень удобная теория; но следует уяснить, что если кто-либо не нашёл, то он на самом деле никогда и не искал.

Эссе "Симплегады"